Разговор с вратарем «Авангарда» Никитой Серебряковым о злополучных 33 секундах в серии против «Локомотива», трэш-токе форварда ярославцев Егора Сурина и эмоциональности тренера омичей Ги Буше.

Полуфинальная серия «Авангарда» и «Локомотива» стала украшением этого розыгрыша плей-офф: две массовые драки во втором матче, чудесное спасение ярославцев в шестом и полная огня седьмая встреча. А еще в этом противостоянии было много эмоций, трэш-тока и взаимных нападок. КХЛ даже была вынуждена вмешаться и выписать хоккеистам штрафы, чтобы успокоить ситуацию.

Одно из главных действующих лиц этой серии вратарь «Авангарда» Никита Серебряков в интервью «Матч ТВ» рассказал, как сложился плей-офф для его команды, а также оценил свое выступление в минувшем сезоне.

Из этого интервью Серебрякова вы узнаете:

• почему «Авангард» упустил победу в серии с «Локомотивом»;
• как вратарь «ястребов» реагирует на разговоры соперников;
• что означает жест, за который Никита получил штраф от КХЛ;
• почему мы не увидели драку Серебрякова с Исаевым, но были близки к тому, чтобы посмотреть кулачный поединок Буше и Хартли;
• кто из хоккеистов КХЛ обладает самым неприятным для голкипера броском.

«Вылет «Авангарда из плей-офф — колоссальный опыт через душевную боль»

— С момента вылета «Авангарда» из плей-офф прошло больше двух недель, уже получилось отпустить этот результат?

— Безусловно, до сих пор обидно. Естественно, это колоссальный опыт, но через душевную боль. Через это надо пройти, сделать правильные выводы, извлечь уроки и двигаться дальше.

— Понятно, что все топ-клубы думают только о Кубке Гагарина, но тем не менее, «Авангарду» удалось дойти до седьмого матча полуфинала. Как оцениваете такой результат?

— Если бы серия закончилась так же, но при других обстоятельствах, то оценка могла быть лучше. А так мы вели 3-1, оставалось не так много времени до победы, но в итоге проиграли. Но вообще у нас было много новых ребят, человек 14-15. Поэтому команда долго привыкала к требованиям Ги Буше и мы только ближе к декабрю начали понимать и выполнять тренерскую установку. Отсюда пришли и результаты.

Оценивать всю команду мне не совсем правильно будет, этим должны заниматься руководители, но могу сказать, что сезон получился интересный. Да, завоевали бронзовые медали, а не достоинством выше, как хотели. Но в любом случае, это было запоминающееся время.

— Вас номинировали на приз лучшему вратарю сезона. Как оцените собственную игру?

— Тяжело объективно себя оценить, но больше положительного вижу. Конечно, хотелось бы играть в финале, когда ты тащишь команду. Я очень требовательный к себе вратарь. Задним числом вообще всё можно поймать и ничего не пропустить.

— Лично вы добились прогресса за этот сезон как вратарь?

— Наверное, да. Появился новый опыт. Сезон был достаточно интересным и тяжелым. Но считаю, что мы его достаточно хорошо прошли. Была проделана работа, дай Бог, чтобы дальше результат был лучше.

— Согласны, что переломным моментом серии с «Локомотивом» стала концовка шестой игры, когда ваша команда за 33 секунды упустила преимущество в две шайбы?

— Я бы не сказал, что это был ключевой момент серии. Легче всего говорить, что надо было просто выстоять те 30 секунд. В любом случае, я считаю, что ключевые моменты были в других играх, еще до шестого матча.

А что касается этих секунд… Думаю, мы просто неправильно сыграли. Где-то не хватило спокойствия и опыта, где-то сил. До этого плей-офф я не понимал, что такое чемпионский опыт, но теперь лично увидел. Может, и его нам не хватило. Не хватило и инстинкта убийцы, спокойствия, такого человека, как Саша Радулов, который может успокоить всех. Тяжело гадать, но в любом случае это станет колоссальным опытом для всех нас.

— Теперь, когда вы набили шишки и получили пресловутый опыт, болельщики вправе ожидать от команды Кубок Гагарина уже в следующем сезоне?

— Тяжело так загадывать. Не думаю, что у нас будут сильные изменения в составе, но команда поменяется. А вообще все ребята, которые сейчас есть в «Авангарде», понимают, что от нас Буше требует, и выполняют это. Так что дай Бог, результат будет получше с таким опытом.

— Помимо голливудского сюжета в серии с «Локомотивом» хватало и трэш-тока. Отдельно обсуждали ваши баталии с Егором Суриным, которые идут еще с прошлого плей-офф. Что было на льду, осталось на льду?

— Тяжело сказать об отношениях с человеком, которого в принципе без шлема ни разу вживую не видел. Но я смотрю, он и в серии с «Ак Барсом» развлекаться продолжил. Это его стиль игры. Где-то это ему помогает, где-то вредит, но это уже его дело. Мне такое поведение всегда нравится, это придает дополнительных эмоций. Мне от этого еще интереснее.

«Во время второго матча серии с «Локомотивом» Буше почти выбежал с Хартли драться»

— Вратари обычно делятся на два лагеря: одни очень спокойно себя ведут, пытаясь концентрироваться исключительно на хоккее, а другие наоборот везде пытаются найти эмоции, зачастую даже негативные, как делал в свое время Илья Ежов. Вы себя к какому типу относите?

— Я к третьему. Когда нужно, играю спокойно, а при необходимости могу и эмоций добавить. Чувствую себя, понимаю, когда нужно завестись, а когда наоборот, — абстрагироваться. Потому что иногда так себя завести можешь, что потом клюшки ломать начнешь и ворота переворачивать. Мало того, что это смешно выглядит, так еще на тебя как на дурака будут смотреть. Главный тренер с руководством увидят такое и подумают: «Зачем нам такой неуравновешенный вратарь?» Поэтому играю эмоционально лишь моментами.

— Расскажите о вашей коммуникации с Буше. Не секрет, что многие главные тренеры открещиваются от работы с вратарями, полностью отдавая это на откуп профильным специалистам. В «Авангарде» Ги вникает во вратарский вопрос?

— Сильно он туда не лезет. Знает, что с Алексеем Александровичем Жигаревым (тренером вратарей) ведется огромная работа, и Ги полностью доверяет ему. Но иногда Буше может со мной поговорить, спросить, как жизнь или как настроение. Но в целом нашей работе он полностью доверяет, в тренировочный процесс вообще не лезет, иногда может просто пообщаться со мной.

— Насколько сильно Буше психологически воздействует на хоккеистов? Он же, кроме всего прочего, — доктор психологических наук. Насколько это чувствуется в раздевалке и на льду?

— Да, он постоянно что-то для нас делает. Где-то мотивирует, где-то отпускает ситуацию, или наоборот нас будоражит, но это его работа. Как тренера и психолога.

— Смотрел ваши матчи с «Нефтехимиком» между лавок, и пару раз реально страшно было от эмоциональности Буше.

— Мне полегче, я же не слышу, что он кричит. А вот ребята полевые иногда рассказывают, когда под особым впечатлением после игры находятся.

— Но танцы-то наверняка видите, в прошлый раз он практически на борт залезть успел.

— Не, мне вообще не до этого. Просто на шайбе концентрируясь и всё.

— В серии с «Локомотивом» массовыми драками отдельно запомнился второй матч. Как вратари переживают такие моменты? Сложно ли настроиться на хоккей, когда вокруг полевые только и делают что дерутся?

— Мне наоборот это интересно было. Где-то даже таких эмоций до этого не хватало, нужно было показать «Локомотиву», что второй год подряд у них не получится нас задавить, и мы дали отпор. После второго матча у нас в серии вообще околохоккейной истории не было, не считая Паника. Просто надо было ответить и сразу показать, что так не получится.

— Да, за эту получасовую паузу, кажется, подрались все кто мог. Кажется, что и Буше мог бы выйти на поединок с Хартли в лучших традициях Разина.

— Кстати, он уже почти выбежал.

— А у вас не было желания с Исаевым «потанцевать»? Тем более вратарские драки становятся всё более модными за океаном.

— Нет, мы же в хоккей играем, плюс мы с Даней (Исаевым) достаточно дружно общаемся. Да и зная Даню — он бы тоже никогда так не полез.

— А если не с Исаевым, хоккейная общественность когда-нибудь увидит драку Никиты Серебрякова?

— Нет, а зачем народ смешить? Вот эти два огромных киборга пытаются подраться… На мой взгляд, это неправильно.

«Топ-3 главных качества Никиты Серебрякова — правильный пофигизм, разговорчивость и психология»

— Во время серии с «Локомотивом» вы получили штраф за свой жест. Расскажите, как это произошло?

— Видел, что многие даже матч-штраф для меня просили. Но на самом деле там была долгая заварушка, и Саша Радулов в очередной раз начал мне выговаривать. Один раз мимо меня проехал, второй, третий, после этого я ему просто показал: «Всё, хорош. Катись отсюда на лавку». И всё. Там даже видно, что руками полностью движения не было. Ничего плохого я не имел в виду. Просто хотел уже, чтобы ситуация успокоилась, потому что ребята там тоже не просто так ждали стояли. У нас даже есть видео, на котором видно, что как только мои полевые игроки собирались уходить, Хартли направлял своих хоккеистов ко мне. Поэтому просто хотел сказать, чтобы он катился от моих ворот и успокоился. Там не было ничего страшного, как многие думают. Поэтому если кто-то что-то не то подумал, извините, что жест получился двояким.

— Не было опасений, что как Кузнецову матч-штраф дадут, или сразу поняли, что дело кончится только денежным штрафом?

— Честно говоря, даже не задумывался об этом. Наше руководство сразу пообщались с лигой по этому поводу. А у меня не было намерений, поэтому объяснились сразу и всё.

— Коли уж разговор зашел о «подкожных» играх, с которыми сталкиваются вратари, спрошу конкретнее: о чем говорят на пятаке? Понятно, что наверняка большинство разговоров не пройдут цензуру, но тем не менее. Например, второй финал подряд в трансляцию попадает момент, как Радулова соперники «собакой» называют.

— Тут кто во что горазд. Кто-то подъезжает, говорит: «Ты красавец, сделал хороший сейв». Кто-то говорит: «Я тебе сейчас забью, считай, что шайба уже в твои ворота летит». Кто-то более жесткие вещи говорит. Тут всё зависит от человека. Но вообще, хоккей — маленький мир, в котором все друг друга знают. Поэтому откровенной жести нет.

— То есть нет такого, что вам могут что-то сказать и прямо вывести из себя?

— Конечно, все понимают грани дозволенного. Потому что хоккейный мир достаточно узок. Сегодня мы соперники, а завтра в одной команде будем. И как ты мне после этого в глаза будешь смотреть? Поэтому грань никто не переходит.

— В этом плей-офф на новый уровень вышли медиавойны, особенно это было видно в финале. У игроков есть привычка говорить, что они никогда не читают прессу, но мы знаем, что это не совсем так. Насколько часто во время плей-офф можете что-то о КХЛ почитать?

— Когда есть настроение, могу одним глазом посмотреть, а иногда совсем неинтересно становится. В общем, зависит всё от настроения. Поверьте, когда есть повод, я сам себя раскритикую хуже, чем кто-либо другой.

— В заключение задам несколько вопросов с короткими ответами. Топ-3 качества Никиты Серебрякова?

— Правильный пофигизм, разговорчивость и, может это и громко прозвучит, но попробую сказать — психология.

— Кто самый неприятный гость на вашем пятаке?

— Таких нет. Иногда могу посмеяться с ребятами, которых знаю. Это, например Кадейкин с Яшкиным, тот же Саша Радулов. Могу с ними посмеяться, «поугорать». Даже в этом сезоне был момент, когда Ливо бросал, Саша Кадейкин меня закрыл вообще полностью, шайба еле-еле в подмышку попала, я чудом среагировал. А Кадейкин поворачивается и говорит: «Блин, Никитос, что за дела? Как ты ее поймал?». А я ответил: «Значит, плохо закрываешь». Так поговорить всегда интересно.

— У кого в КХЛ самый неприятный бросок? Кто больнее всего вратарскую амуницию пробивал?

— Дима Рашевский, и он это знает.

— На тренировках прямо попадал?

— Конечно, и на раскатках, я ему каждый раз об этом говорю.

— А он бросок после этого корректирует?

— Нет.

— Топ-3 необходимых вратарю игровых качества.

— Ты должен от многого абстрагироваться, еще нужны скорость и чтение игры.

— Есть ли помимо командной задачи какая-то личная цель на следующий сезон?

— Только такая же, что и у команды — выиграть Кубок. Если командную цель выполним, уверен, и с остальным всё хорошо будет.

Степан Карпухин

Поделиться

Скопировать ссылку

Поделиться

Скопировать ссылку